Дежавю кризиса. Почему цены на нефть в концу года вошли в пике

Источник: forbes.ru

Среднегодовые цены на нефть марки Brent в 2018 году составили $70 за баррель — что было вполне комфортно и для потребителей, и для производителей. Тем не менее, с октября 2018 года на рынке преобладают медвежьи настроения. Цена на нефть марки Brent к концу декабря упала с максимальных $86 за баррель (в начале октября) почти вдвое — до $47 за баррель. Как же это вышло?

В июне 2018 года страны ОПЕК+из-за снижения добычи нефти в Венесуэле, Мексике, Анголе и всеобщего ожидания снижения добычи в Иране из-за санкций со стороны США решили смягчить условия сделки. ОПЕК+ начал наращивать добычу на 1 млн баррелей в сутки (Рис. 1). Решение оказало влияние на рынок: рост цен прекратился. Но с сентября цены снова устремились вверх — в ожидании снижения добычи нефти в Иране с ноября 2018 года более чем на 1 млн баррелей в сутки.

Источник: EIA

В начале октября цены подскочили до того самого максимума в $86 за баррель, а затем начали стремительное падение. Одной из основных причин этого падения считается снижение прогнозируемых темпов мировой экономики в 2018 и 2019 году на 0,2% со стороны МВФ — в связи с тарифными войнами между США и Китаем, увеличением процентных ставок в регионах с развивающимися экономиками и снижением показателей в Еврозоне.

Позднее, в начале ноября, когда санкции США вступили в силу, Америка ввела послабления для восьми крупнейших импортеров иранской нефти (Китай, Индия, Греция, Италия, Тайвань, Япония, Турция и Южная Корея) еще на полгода. В результате, вместо ожидаемого сокращения добычи на 1-1,5 млн баррелей/сутки, добыча нефти в Иране снизилась в ноябре относительно мая лишь на 0,85 млн баррелей/сутки.

Высокие цены на нефть, установившиеся еще в начале года, подстегнули мировой рост добычи. Только с мая по ноябрь 2018 года она выросла на 2,5 млн баррелей/сутки. (Рис. 2). При этом за пределами ОПЕК+ безусловным лидером стали США, а добыча за май-ноябрь 2018 года выросла более чем на 1,2 млн баррелей/сутки. В США рост добычи составил 1 млн баррелей/сутки, в ноябре она достигла отметки в 11,5 млн баррелей/сутки. Таким образом, США стали нетто-экспортерами нефти и нефтепродуктов впервые за десятилетия.

В 2019 году ожидается дальнейший рост добычи нефти в США. Более того, уже со второго квартала 2019 года американские нефтедобытчики смогут преодолеть инфраструктурные проблемы в бассейне Пермиан, которые сдерживали рост добычи в 2018 году.

Источник: OPEC, JODY, Минэнерго РФ, EIA

Страны ОПЕК+ не отставали: за период с мая по ноябрь 2018 года они нарастили добычу на 1,44 млн баррелей/сутки — против оговоренного в июне 1 млн. Такой значительный рост был достигнут несмотря на снижение добычи в Мексике, Иране и Венесуэле — в сумме на 1,2 млн баррелей/сутки. Львиную долю роста обеспечили Россия и Саудовская Аравия — в совокупности на 1,4 млн баррелей/сутки. В ноябре уровень добычи нефти в России составил 11,4 млн баррелей/сутки, а в Саудовской Аравии — 11 млн баррелей/сутки. Не остались в стороне и прочие страны-участницы соглашения: Казахстан, Азербайджан, Оман, ОАЭ, Кувейт, Ирак, Нигерия и Ливия суммарно нарастили еще 1,25 млн баррелей/сутки.

Ситуация со стремительным ростом добычи к концу года вызывает ощущение легкого дежавю. Как и в 2016 году, на этот раз все члены ОПЕК+, обладающие дополнительными мощностями, старались нарастить добычу к октябрю, поскольку именно октябрьские показатели добычи стали точкой отсчета для нового соглашения о снижении добычи на 1,2 млн баррелей/сутки, к которому страны пришли в декабре 2018 года. Суммарная добыча в странах ОПЕК+ в октябре 2018 года всего на 300 000 баррелей/сутки ниже, чем в октябре 2016 года. (Рис. 3)

Источник: OPEC, Минэнерго РФ

Добыча нефти в странах ОПЕК+ к октябрю 2018 года была ниже показателей октября 2016 года. Это случилось во многом не из-за высокой дисциплины стран ОПЕК+, а за счет кризиса в Венесуэле, санкций, наложенных на Иран, и естественного падения добычи в Мексике и Анголе. Таким образом, рынок в большей степени отреагировал не на ожидаемое потенциальное сокращение добычи, а на ее реальный рост (напомним, что с мая по ноябрь 2018 года он составил 2,5 млн баррелей/сутки). Более того, весь рост добычи происходил на фоне умеренной динамики спроса. Так, по прогнозам МЭА, в 2018 году рост спроса должен составить 1,3 против 1,5 млн баррелей/сутки в 2017 году.

Подобный дисбаланс незамедлительно сказался коммерческих запасах в странах ОЭСР: уже в июле они начали расти. В октябре величина коммерческих запасов нефти в странах ОЭСР составил 2,872 млрд баррелей, что превысило пятилетний средний показатель впервые с марта 2018 года. При этом МЭА прогнозирует их рост и в четвертом квартале 2018 года. В итоге рынок на фоне сниженных прогнозов экономического роста, а также переизбытка предложения снова полностью разбалансировался, и цены начали свое пике.

Помимо фундаментальных факторов спроса и предложения, которые привели к снижению цен на нефть, в конце года давление на рынок оказали также финансовые и спекулятивные факторы. Так, широкий рынок S&P 500 в декабре упал на 15%, показав наименьшие показатели за год, утянув за собой нефтяные котировки еще ниже.

Борьба за рынок продолжится и в 2019 году. Крупнейшие традиционные производители нефти будут пытаться балансировать между сохранением доли рынка и удовлетворением бюджетных нужд. Так, например, оценки цены безубыточности бюджета Саудовской Аравии оцениваются в широком диапазоне от $70 до $95 за баррель. Поддержать цены может и заявление правительства Канады о сокращении добычи с 2019 года на 325 000 баррелей/сутки для стабилизации цен на сорт WCS. При этом нефтедобытчики в США, не обремененные социальными обязательствами перед бюджетом, могут и дальше наращивать добычу, учитывая, что, по данным Wood Mackenzie, они захеджировали почти 900 000 баррелей/сутки дополнительной добычи на 2019 год при ценах $50-$60 за баррель.

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.