Когда в КХЛ появится команда из Швейцарии

Источник: forbes.ru

КХЛ давно мечтает о расширении своей географии. Эта мечта даже зафиксирована в долгосрочной стратегии развития лиги. В 2018-м в рамках реализации плана экспансии КХЛ устроила серию выездных матчей — KHL World Games, чтобы протестировать новые рынки, а также познакомить потенциальных спонсоров, зрителей и местные клубы со своим продуктом. «Очень важна работа на имидж среди национальных федераций и лиг, — объяснил Forbes суть проекта президент КХЛ Дмитрий Чернышенко. — Они не должны рассматривать нас как завоевателей. Мы должны работать на общую цель — развивать хоккей».

В рамках KHL World Games 2018 братиславский «Слован» провел два домашних матча регулярного чемпионата (против СКА и ЦСКА) в Вене, а затем рижское «Динамо» принимало те же СКА и ЦСКА в Цюрихе. Лига полностью взяла на себя организационные расходы, а также компенсировала упущенный доход командам, выступавшим в роли хозяев.

Общий счет четырех побед российских клубов — 24 : 1, итоговая посещаемость за 4 матча — 20 314 зрителей, при вместимости арен в 7022/11 200 мест (Вена/Цюрих) и стоимости билетов в €15-28 (Вена) и €26-79 (Цюрих). «Планирую, что через сезон КХЛ прибавит клуб из Европы и один азиатский, — рассказал Forbes Чернышенко. — Сейчас мы ведем переговоры с четырьмя клубами из четырех разных стран. Мы хотим видеть в КХЛ команды, в которых мы уверены — что они не передумают через год, что у них не кончатся деньги, что они принесут лиге дополнительный доход».

Подходящей кандидатурой мог бы стать хоккейный клуб «Цюрих Лайонс» — действующий чемпион Швейцарии, одна из самых богатых (бюджет — ₣32 млн) и посещаемых (8863 зрителя в среднем на матче в сезоне 2017/18) команд страны. Forbes поговорил с генеральным директором клуба Питером Занером о том, как устроен хоккейный бизнес в Швейцарии и почему местные команды не торопятся в КХЛ.

Про клубы и лигу

Только два типа маркетинговых прав лига продает централизованно: телеправа и партнерский контракт с PostFinance (финансовый сервис почтового ведомства Швейцарии, пятое по величине розничное финансовое учреждение страны. — Forbes). Большая часть прибыли от этих сделок достается клубам. По действующему до 2022 года пятилетнему контракту (с компанией UPC. — Forbes) общий доход от реализации телеправ составляет ₣35 млн за сезон [согласно отчету Ernst&Young, доход КХЛ по аналогичной статье — 640 млн рублей, или ₣9,2 млн. — Forbes]. Предыдущее соглашение стоило почти в три раза дешевле. Однако с этой суммы сначала выплачивается комиссия агентству, так что для распределения остается около ₣30 млн. Каждый из 12 клубов топ-лиги получает около ₣2 млн, причем вне зависимости от результата в чемпионате. И все клубы с этим согласны. Это справедливо. Если у команды случился неудачный сезон, она не должна страдать финансово. 11 команд второй лиги получают примерно по ₣300 000. Если в целом, то топ-лига забирает около ₣20 млн, вторая — ₣3-4 млн. Остальное идет федерации, на сборную и развитие молодежного хоккея. Международные телеправа принадлежат вещателю, но они не приносят серьезного дохода — несколько сотен тысяч франков, не больше. Швейцарский хоккей не так интересен другим странам.

Про бюджет клубов

Каждое лето швейцарские клубы проходят процедуру лицензирования. Мы обязаны предоставить лиге бюджет, структуру собственности и официальный документ об отсутствии долгов, в том числе налоговых. Никаких ограничений по объему финансирования нет. Так, общий бюджет «Цюриха», включающий в себя все аспекты жизни клуба, от молодежных команд до транспортных расходов, составляет ₣32 млн. Но надо понимать, что под эгидой «Лайонс» в Цюрихе существует 67 команд и 1401 игрок, включая женский хоккей. Бюджет основной команды — ₣22 млн, из них ₣12 млн — это зарплаты игроков, включая социальные выплаты. Похожие цифры — ₣12-13 млн — у клубов из Берна, Лугано и Цуга. При этом средний зарплатный бюджет для команд швейцарской топ-лиги — ₣6-7 млн [по данным отчета EY, у 8 команд КХЛ зарплатный бюджет больше 1 млрд рублей, или от ₣14,4 млн, у 13 — от 500 млн до 1 млрд рублей, у 6 — меньше 500 млн рублей .— Forbes].

Про потолок зарплат

По швейцарскому трудовому законодательству зарплата — это секрет, непубличная информация. Работодатель не вправе разглашать эти цифры. Поэтому никакого потолка зарплат в швейцарском хоккее нет [в КХЛ в сезоне 2018/19 верхняя граница зарплат — 850 млн рублей и штраф в 20% за превышение, с сезона 2020/21 введут жесткий потолок в 900 млн рублей. — Forbes]. Это свободный рынок. Мы могли бы ограничить зарплатную ведомость джентльменским соглашением внутри лиги, но проблема в том, что у нас нет 12 джентльменов. Возможно, 10 команд будут согласны, но не все. Плюс еще одна проблема — выполнение этого договора невозможно контролировать. Вдруг какой-то клуб доплачивает игрокам «под столом». В НХЛ контроль возможен, потому что это очень тесный круг, замкнутая система — и каждый видит главную выгоду в том, чтобы оставаться ее частью. Если ты обошел правила, смошенничал, об этом обязательно узнают — не сейчас, так позже, и тогда ты больше не сможешь играть ни в одной команде НХЛ, тебя исключат из системы. А в Швейцарии быть хоккеистом — все равно что работать в отеле или в выставочной компании. Ты обычный наемный работник в рамках трудового законодательства страны.

Про доходы

Маркетинг приносит нам ₣9 млн, билеты — ₣8 млн, телеконтракт — около ₣2 млн, плюс несколько компаний платят нам некоторые суммы. Кто-то ₣300 000, кто-то ₣200 000, в целом получается около ₣1 млн. Небольшой доход приносит Лига чемпионов, мерчандайзинг — около ₣250 000 [в КХЛ доходы клубов не публичны, известна только общая сумма на 25 клубов по итогам сезона 2017/18 — 53 млрд рублей, или ₣763 млн, из них 64% — это средства госкомпаний и бюджета. — Forbes].

Мы могли бы зарабатывать больше, но у нас нет своей арены — в отличие от остальных команд топ-лиги. Например, в Берне очень высокая посещаемость (16 371 зритель за матч в сезоне 2017/18. — Forbes), плюс клубу принадлежит 20 ресторанов. В Давосе проводят Кубок Шпенглера. У каждого клуба есть своя инфраструктура, с которой он получает доход. А мы ежегодно платим Халленштадиону около ₣1 млн за аренду, отдельно доплачиваем за каждую игру плей-офф и не имеем на арене практически никаких возможностей заработать. Мы можем использовать для рекламы лед и борты, но даже за экраны по периметру зала мы дополнительно платим по ₣4800 каждый матч. Продали рекламу на ₣7000 — заработали, на ₣2000 — потеряли. Все доходы с галерей (кейтеринг прежде всего) тоже к нам не относятся. При этом на Халленштадионе мы проводим только матчи, для тренировок приходится арендовать зал неподалеку — на это уходит ₣240 000 в год. Но дело в том, что в своем сегменте (вместимость легко меняется от 10 до 15 тысяч) Халленштадион — самая востребованная арена в мире. И это без спорта. Конечно, они могут диктовать нам свои условия, а мы, не имея альтернативы, вынуждены соглашаться. Так что пока «Цюрих Лайонс» — убыточное предприятие. Разницу между доходами и расходами покрывает наш президент Вальтер Фрей (Emil Frey Gruppe — крупнейший автодилер в Европе. — Forbes).

Про новую арену

С 2009 года мы активно занимаемся проектом нового стадиона, 6 марта 2019-го начинаем строительство, и к концу июня 2022-го оно должно завершиться. Да, Швейцария — страна долгосрочного планирования. Новая арена будет расположена в 12 км от Халленштадиона и рассчитана на 12 000 зрителей. Общая стоимость проекта — ₣175 млн. ₣120 млн мы получили в кредит от города, ежегодно выплачиваем по ₣2 млн и налог на ссуду в 1,6%. Частные инвесторы вкладывают ₣36 млн, есть другие источники. Но самое важное, что никаких денег налогоплательщиков мы не тратим. И будем полными хозяевами арены, все маркетинговые и прочие права будут принадлежать нам. Это добавит нам ₣5 млн дохода — и мы придем к профицитному бюджету.

Про КХЛ

Не думаю, что швейцарские команды войдут в КХЛ, хотя и ходили такие слухи про клуб из Женевы. Но в Швейцарии хорошая лига. Кроме того, в такой перемене слишком много рисков. Мы не можем знать заранее, как отреагирует наша публика. Когда мы играем с «Берном», у нас sold out, а в еврокубках мы рады, если собираем 4000 зрителей. Вполне вероятно, что на матч с условным Екатеринбургом придет всего 2000 человек — как это скажется на наших доходах? А как отразится на команде большое количество перелетов? Это же серьезное испытание для организма. Россия — огромная страна, 9 часовых зон. Хотя обычно эта цифра не впечатляет, пока не уточнишь — это как Цюрих и Лос-Анджелес. Да, мы знаем, что КХЛ — хорошая лига, хоккей высокого уровня. Но не все команды одинаково сильные. На Кубок Шпенглера обычно приезжают команды из России и часто занимают последние места. Очевидно, разрыв между топ-клубами и аутсайдерами в КХЛ слишком велик. Это плохо для хоккея. При этом у игроков большие зарплаты. В швейцарской лиге есть хоккеисты, которые играли в КХЛ. Они рассказывали, что там можно зарабатывать ₣1-2 млн, а звезде уровня Павла Дацюка могут платить ₣5 млн и даже больше. В Швейцарии 2-3 топ-игрока получают максимум ₣800 000. А большие зарплаты означают большие расходы. В прессе писали, что «Йокерит» имел убытки €10 млн в год. Кто их покрывал? Лига? Не знаю. В Швейцарии нам представляется, что каждый клуб КХЛ принадлежит или крупной компании типа «Газпрома», или олигарху. Но сейчас лига находится на правильном пути, постепенно уменьшая количество команд — так проще поддерживать конкуренцию.

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.