«Однажды я шёл летом по Старому Арбату, вижу — навстречу идёт Зимин»: каким запомнили Дмитрия Борисовича современники

22 декабря из жизни ушёл Дмитрий Зимин — основатель фонда «Династия» и соучредитель премии «Просветитель». Дмитрию Зимину было 88 лет. Наша редакция решила, что написать краткий некролог о нём — недостаточно. Поэтому мы попросили учёных, популяризаторов науки и журналистов рассказать о том, каким человеком был Дмитрий Борисович — и что важного он сделал для науки и просветительской деятельности в России. Этим материалом мы хотели бы почтить память Дмитрия Зимина — учёного и благотворителя, благодаря которому популяризация науки в нашей стране сейчас пребывает на высоком и очень достойном уровне.

Константин Сонин, экономист, профессор Чикагского университета и ВШЭ, кандидат физико-математических наук

«Главная заслуга Дмитрия Зимина, заслуга исторического масштаба — он показал, как должен выглядеть системный подход к поддержке популяризации науки и гражданского просвещения. Он поддерживал те проекты, премии, площадки, школы, польза от которых была совершенно прозрачна и понятна, и механизм работы которых был совершенно прозрачен и понятен. В советы и комитеты этих проектов он включал не «своих», а тех, чей профессиональный опыт, независимость, посвящённость делу подходили лучше всего. В то же время он — сам успешный инженер и предприниматель — прекрасно понимал, как важно его собственное участие в процессе. И активно участвовал, корректируя недостатки и постоянно ища пути как сделать лучше.

Если какой-то богатый человек, убеждённый в необходимости развития и популяризации русской науки и гражданского просвещения захочет внести свой вклад, лучшее, что он может сделать — воспользоваться опытом Фонда «Династия» и других проектов Зимина. И фонд, и премии — лучший образец для любого проекта, в том числе и государственного. Это образец на много, десятки лет вперёд.

Дмитрий Борисович несколько раз приходил на мои публичные лекции, и я каждый раз думал — вот что такое я могу знать, чего он не знает? Он был не просто выскочкой, выигравшим в лотерею в 1990-е — он как раз был первым супербогатым, чьё богатство не имело отношения к приватизации. Он не просто хотел помочь просвещению — он знал, как это делать, он делал это лучше всех.

Дмирий Борисович написал блёрб на мою научно-популярную книжку и, я знаю, хотел, чтобы за неё дали премию «Просветитель». Премия тогда делилась на две части, гуманитарную и естественнонаучную и, значит, у книги по экономической науке не было шансов. Но мораль не в этом — премия «Просветитель» была его детищем и на его деньги, он хотел, чтобы дали определённой книжке. Но он участвовал в обсуждении и согласился с другим решением — премия досталось более достойной гуманитарной книге. Много ли людей, агитирующих за демократию, являются демократами в реальной жизни?»

Евгений Бунимович, поэт, математик, педагог, член жюри премии «Просветитель»

«Для меня знакомство с Дмитрием Борисовичем было, конечно, знаменательным событием в жизни — хотя я и не обделён общением с самыми разными, очень интересными и талантливыми людьми. Но Зимин был совершенно особенным и уникальным человеком.

Мы познакомились лет 15 назад — он тогда учредил премию «Просветитель» и пригласил меня в жюри. Я был в разных жюри — но ничего подобного никогда не встречал. Потому что «Просветитель» — это не собрание лоббистов, а собрание очень интересных, ярких и известнейших учёных и популяризаторов науки. Всех собирал Дмитрий Борисович, премия была организована на его средства, и это была его идея… Он читал все предложенные книги, всегда активно участвовал в обсуждениях, но сам не голосовал и никак не давил на членов жюри. Это прямо противоположно тому, как это происходит в других структурах, где кто платит, тот зачастую и заказывает музыку (будь то частное лицо или государство).

Дмитрий Борисович очень переживал, что все наши разговоры и дискуссии на встречах жюри нигде не записывались и не публиковались. Он получал искреннее удовольствие от красивых мыслей и идей, даже если был с ними не согласен. Зимин вообще от жизни получал огромное удовольствие. Это было просто видно по его энергии, энтузиазму, бодрости духа.

Он неколебимо верил в просвещение, в науку — что бы ни происходило. У Дмитрия Борисовича было прекрасное чувство юмора, иронии, самоиронии, с ним всегда было легко и весело. И даже когда мы говорили на самые «высокие» и сложные темы, когда спорили — общение оставалось живым и весёлым.

Месяц назад состоялось очередное вручение премии «Просветитель». Зимин впервые не присутствовал лично — он наблюдал за церемонией онлайн, выступал. Уже было видно, что он нездоров. Но мне казалось, верилось, что Зимин будет всегда — настолько он везде и во всём был первым, интересным, талантливым… и самым молодым, несмотря на преклонный возраст. Конечно, Зимин переживал по поводу того, что происходит вокруг, но верил в победу разума, что мракобесие можно победить.

Вот сейчас я говорю высокие слова о Дмитрии Борисовиче. И эти слова даже не «клеятся» с его образом. Знаете, когда я узнал о его смерти, мне почему-то в первый момент вспомнилось, как однажды я шёл летом по Старому Арбату, вижу — навстречу идёт Зимин. Идёт прямо как герой советского кино — в сандалиях на босу ногу, типовой тенниске, заправленной в нескладные штаны. Держит в руках авоську, причём не какую-то дизайнерскую, а самую обычную, советскую. И из этой авоськи торчит хлеб, кефир и ещё какой-то пакет. Вот такой он был, «бизнесмен из списка Форбс».

Мы все получаем удовольствие от чтения хороших книг, от общения с умными людьми, но для Зимина это было острее, ярче, у него было острое любопытство к жизни, к устройству мира и человека… Он читал каждую книгу из лонг-листа «Просветителя». В первые годы премии, кстати, буквально не хватало книг для длинного списка — хорошо, если пять книг могли найти для конкурса! «Просветитель» Зимина перевернул ситуацию. И в последнее время мы поражаемся количеству талантливых авторов, которые пишут научно-популярные, просветительские книги, переживаем, что нельзя наградить всех, кого хотелось бы, сразу многих авторов. Зимин смог сделать так, что научно-популярная литература снова стала качественной, востребованной, модной, как и просветительские лекции!

Мы обсуждали с Зиминым, как достучаться до подростков. У нас есть масса пожилых людей, которые бурчат: «Вот мы были, не то, что нынешние…». А Зимин верил в молодых, был уверен, что есть много талантливых молодых и этот талант надо развивать.

Ещё с Дмитрием Борисовичем мы часто говорили о нашем родном городе, о Москве. Одни захлебываются «как хорошеет Москва», другие стенают «всё рушится». А вот Зимин и его фонд «Московское время» сделал несколько выставок с простой и честной идеей: старые фотографии московских мест и новые — с того же ракурса. Это была очень плодотворная идея, и талантливая реализация проекта. Зимин вообще прекрасно умел реализовывать свои идеи.

Дмитрий Борисович был человеком невероятным — замечательным учёным, успешным предпринимателем, крупнейшим филантропом.

Он любил друзей, любил Москву, любил Россию, любил деятельно, радостно, талантливо и сделал для нас, для страны так много».

Илья Абилов, основатель студии Vert Dider, сооснователь научно-популярного видеоблога SciOne и лектория SetUp

«С Дмитрием Зиминым я несколько раз пересекался на разных мероприятиях. Я думаю, мы только спустя много лет поймём, насколько большой вклад в популяризацию российской науки внёс этот человек.

Дмитрий Зимин помогал науч-попу не только финансово. Он умел собирать хорошую команду — и именно сильная команда была в его фонде «Династия». Дмитрий Борисович умел находить талантливых людей и давать им ресурсы, чтобы они могли их эффективно расходовать.

Я думаю, у каждого, кто интересуется научпопом, есть какая-то связь с деятельностью «Династии». То, что сейчас издаётся много качественных научно-популярных книг — это результат работы фонда. «Династия» помогала издательствам переводить зарубежный нонфикшн, помогала издавать книги российских авторов. Фонд давал гранты молодым исследователям, организовывал различные мероприятия для школьников и учёных. Думаю, именно благодаря «Династии» и лично Зимину в российскую науку пришло много молодых людей».

Ольга Орлова, ведущая программы «Гамбургский счёт» (ОТР)

«Дмитрий Зимин стал поддерживать науку и образование в тот момент, когда это было немодно и неперспективно, даже безнадежно. Талантливая молодёжь автоматически отправлялась в аспирантуру в западные университеты. Из состоявшихся учёных все, кто мог, уже уехал. Кто не смог уехать, выживают «вахтовым методом» в зарубежных поездках. На телевидении ни одной передачи про науку, кроме архаичного «Очевидного невероятного» за полночь. Книг о науке никто не пишет. И тогда Зимин создаёт фонд, который идёт в школы, в научные музеи, который поддерживает студентов и аспирантов, чтобы те не уезжали. Когда он задумывал учредить премию за научно-популярные книги, многие качали головой: «Так в России же нет ни научно-популярных книг, ни рынка для такой литературы». Зимин сказал: «Значит, его надо создать». И он его создал.

И вот на наших глазах вокруг проектов «Династии» вырастает целое сообщество популяризаторов, менеджеров, авторов, учёных, объединённых общей идеей ценности научного знания и понимающих, как это делать честно и профессионально. Каждый год десятки талантливых ребят, благодаря «Династии», остаются заниматься наукой в России. Так длится до тех пор, пока «Династию» не объявили иностранным агентом. Но многое из того, что уже было инициировано «Династией», зажило самостоятельной жизнью, обрастая новой поддержкой. Заработал эффект снежного кома. И может быть, это одна из самых главных вещей, которые в наследство оставил нам Дмитрий Борисович Зимин. Мы же видели, как надо заниматься просветительством. С азартом и нестандартными решениями. Зимина с нами теперь нет, но дело его живёт».

Павел Подкосов, генеральный директор издательства «Альпина нон-фикшн»

«Очень грустно. Умер великий человек, настоящий просветитель Дмитрий Борисович Зимин. Он успел сделать невероятно много для российской науки. Грантами поддерживал учёных и учителей, стипендиями талантливых школьников, основал премию «Просветитель» и помог с выходом сотен научно-популярных книг.

Мы познакомились около 2008 года, когда книги издательства вошли в «Библиотеку фонда «Династия». Встретились в офисе, пообщались. Сразу было понятно, что книги для него очень важны. Он страстно пересказывал какие-то важные для него мысли из недавно прочитанного. Переживал, что хороших книг мало, а современных российских авторов так и вовсе по пальцам пересчитать.

И не просто переживал. Он со своей замечательной командой начал менять ситуацию, и это им удалось. Теперь на премию «Просветитель» номинируется больше двух сотен текстов, и большинство из них достойны внимания.

Иногда мы с Дмитрием Борисовичем встречались на научных конференциях, он всегда выступал кратко, ёмко и очень по делу. Формулировать он умел прекрасно. На мероприятиях «Просветителя» он с удовольствием общался с учёными и журналистами, фотографировался с желающими. Ни в коем случае не считал себя выше других. Он был очень искренен, никаких двойных смыслов или полунамёков. Задавал прямые вопросы и прямо отвечал. Всегда, когда мы встречались, мне он казался необычайно, как-то даже несовременно добрым и жадным до знания. Он показал, как нужно поддерживать науку и заниматься просвещением. Спасибо, Дмитрий Борисович! Светлая память».

Михаил Гельфанд, доктор биологических наук

«Дмитрий Борисович Зимин прожил три жизни. Первую — как руководитель больших проектов в советской военке, вторую — как успешный бизнесмен в постсоветской России, третью — как филантроп и просветитель. Он создал фонд «Династия» в первый год нынешнего тысячелетия; наверно, в этом можно усматривать какой-то символизм. Первые программы фонда поддерживали аспирантов и постдоков; я знаю людей, теперь состоявшихся учёных, которые только благодаря этой поддержке остались работать в России. Затем были программы поддержки учителей, просветительские фестивали, поддержка издания научно-популярных книг, сначала переводных, а потом начали появляться и оригинальные, летняя Школа молекулярной и теоретической биологии, в которой старшеклассники занимались настоящей наукой (больше дюжины статей содержат благодарность ШМТБ, а во многих бывшие школьники являются соавторами). Видимо, не будет преувеличением сказать, что именно «Династия» создала продолжающийся до сих пор тренд на квалифицированную популяризацию науки. Важен и личный пример Зимина: финансируя деятельность «Династии» из своих средств, он сразу задал принципы коллективного управления: во всех решениях и проектах у него был один, часто совещательный голос.

Фонд «Династия» стал одной из первых организаций, объявленных «иностранным агентом»; это случилось через несколько месяцев после того, как Зимин стал первым лауреатом премии «За верность науке» Минобрнауки, тогда ещё не бывшей формально-официозной. Протесты — дошло даже до митинга нескольких тысяч учёных и просветителей — не помогли, как и обращения разных более или менее официальных лиц, частных и юридических. Зимин закрыл фонд; эмоционально это было очень понятно, слово «агент» имело для него специальное значение: его отец умер в лагере в 1935 году, дядя был расстрелян в 38-м. Признавая за ним это право, многие, в том числе и я, были с Дмитрием Борисовичем несогласны: казалось, можно пытаться продолжать работать даже и с таким клеймом. Время показало, что и тут он был прав.

Однако лучшие, самые важные проекты продолжались. Многие поддерживал сам Зимин через новый, теперь уже зарубежный фонд (в том числе ШМТБ, только проводившуюся уже не в Пущино, а в Барселоне); какие-то проекты поддерживают фонды «Траектория» и «Эволюция», созданные людьми, работавшими в «Династии» или с «Династией».

На первом Слёте просветителей, который организовывала «Эволюция», выступал Дмитрий Борисович. Перед этим у организаторов были проблемы с лаптопом для показа слайдов — он соскальзывал со столика, и его приходилось придерживать рукой. У Зимина слайдов не было, он выступал в своей обычной манере свободной цепочки ассоциаций, но начал с того, что решил инженерную проблему: поставил столик боком, и лаптоп соскальзывать перестал. Это небольшой, но мне кажется, очень ярко характеризующий его эпизод.

Гражданин России, инженер, предприниматель, благотворитель и патриот Дмитрий Борисович Зимин умер 22 декабря 2021 года. В Швейцарии».

Игорь Яковенко, журналист и социолог

«Если оценивать личность Дмитрия Зимина с помощью формулы Льва Толстого «Числитель — это то, что человек есть, а знаменатель — то, что он о себе думает», то личность Дмитрия Борисовича по своим масштабам не имеет аналогов среди современников. Поскольку, будучи выдающимся ученым, талантливым предпринимателем и одним из самых крупных просветителей в постсоветской России, Зимин отличался удивительной скромностью, будучи искренне убеждён, что он ничем не отличается от любого из нас. Разве что денег больше, но это просто так получилось…

Зимин был удивительный благотворитель, который поддерживал огромное количество людей молча, без уведомления, практически анонимно. Несколько лет подряд он, не будучи со мной знакомым, присылал мне каждый месяц довольно приличную сумму в качестве поддержки моих публикаций. А когда в силу некоторых обстоятельств мне пришлось сменить номер телефона, почту, все аккаунты и реквизиты, Зимин нашёл мой новый телефон, впервые позвонил и спросил, что случилось, чем он может помочь и куда он теперь может направлять деньги. Так мы впервые познакомились лично. Стали регулярно созваниваться и переписываться. Дмитрий Борисович был человеком, которого интересовало буквально все, мне никогда раньше не встречались люди такого диапазона интересов и эрудиции. Его детище, премия «Просветитель» была одним из главных институтов культурной жизни постсоветской России, институтом, создающим интеллектуальную моду, запрос на популяризацию науки, а через научпоп и на чисто научные исследования.

То, что Зимин был вынужден покинуть Россию и свернуть свою просветительскую деятельность — это неимоверная глупость власти. Его уход из жизни — огромная потеря для страны, особенно для тех, кому повезло быть знакомым с этим человеком».

Андрей Заякин, сооснователь «Диссернета», общественный деятель и редактор дата-отдела «Новой газеты»

«Я был одним из первых студентов-стипендиатов «Династии». Дмитрий Зимин всегда поддерживал «Диссернет» и «Троицкий вариант — наука». Я бесконечно благодарен Дмитрию Борисовичу за то, что он сделал для наших проектов — и для борьбы с мракобесием в России в целом».

Игорь Торик, писатель и экскурсовод в Израиле

«С Дмитрием Борисовичем Зиминым меня познакомил Игорь Губерман, когда Зимин собрался первый раз приехать в Израиль, и искал гида и турфирму, которая сможет организовать ему поездку. «Вот увидишь, — сказал мне Игорь — ты получишь огромное удовольствие от общения с ним». Так и вышло. Я привык работать с известными и очень богатыми людьми, но Д.Б. оказался совсем другим. Невероятно человечный, в нём не было абсолютно ничего наносного. Он, добившийся в жизни невероятно многого, ставший героем Форбса, смотрел на людей на уровне глаз, ни на миллиметр не сверху, был во всем на равных. Многие люди говорят, что деньги для них только средство, а не цель, но Зимин был единственным, встреченным мной в жизни, для которого это было полностью именно так. А вот люди для него были целью, а не средством. Моя покойная мама, узнав, что Д.Б. в Иерусалиме, сказала, что мечтает его увидеть хотя бы одним глазком. Я пригласил его к нам домой на ужин. Весь вечер мы просидели у нас на веранде, Зимин общался с мамой, со мной так, как будто мы знакомы сто лет… Наверное, главное, что было в этом человеке — уважение к людям, уважение к их потенциалу. Ему хотелось, чтобы каждый, в ком есть хотя бы какой-то талант, смог его развивать.

Он ценил в людях не их статус или богатство, не то, куда они смогли пробиться, он ценил когнитивные способности, и ещё порядочность. Вот по этим двум параметрам он и оценивал всех окружающих. И поэтому он отдавал практически все свои деньги — нет, не на благотворительность — на развитие человека. На развитие науки, творчества, на прогресс. Зимин считал, что чем образованнее и умнее будут люди, тем они станут порядочнее, и только это принесёт миру позитивное развитие. Он вкладывал деньги в это, именно вкладывал, а не дарил или спонсировал; он говорил, что всё, что он отдает вернется к человечеству сторицей, а, значит, и к нему самому. Институты и лаборатории физики в Израиле, израильские музеи, творческие люди в Израиле — вот была его цель. Я знаю, что тоже самое он делал и в России, и тем был опасен для тех, кто боится образованных, свободных и думающих людей. С те пор, каждый раз, когда Д.Б. приезжал в Израиль я его сопровождал. И не только возил на экскурсии — хотя он был невероятно жаден до знаний, но и ходил с ним на все его встречи, если надо переводил. Поразительно острый ум, умение видеть вглубь вещей, мыслить системно, видеть взаимосвязь вещей. В каждый его приезд мы находили возможность просто посидеть и поговорить, хотя бы пару раз за поездку. Обсуждали всё на свете. И каждый раз для меня были маленькие открытия — в нём, в себе, в мире, каждый раз я понимал что-то чуточку лучше… Уход Д.Б — огромная потеря для мира, и лично для меня…»

Борис Долгин, специалист по научной и экспертной коммуникации, научный редактор, член Совета Просветительского фонда «Эволюция»

«Популяризация науки в России — сфера, в которой сегодня качественно работают тысячи людей — на два порядка больше, чем двадцать лет назад, когда в эту сферу пришел Дмитрий Зимин. У каждого из этих тысяч своя роль, свой стиль, свое место. Дмитрий Борисович — один из очень немногих, кто решающим образом повлиял на сферу популяризации науки в целом, чьи усилия работали на формирование среды, кто заботился о создании ключевой её инфраструктуры, чьи интересы и представления о должном повлияли даже на репертуар тем популяризации.

Дмитрий Борисович отчётливо воспринимал свою деятельность как общественное служение, как продолжение дореволюционного меценатства, но без искусственной архаизации форм. Он был человеком нашего времени, который жил из него, строил интересы из понимания его проблем. Его взгляд на общество был далек от безудержного оптимизма, но тем более важным казалось ему действовать.

Абсурдное с позиции здравого смысла объявление «Династии» иноагентом за использование денег Зимина, поступающих с зарубежных счетов, вызвало очень понятную реакцию мецената — закрытие Фонда. Не выпрашивать же благодарности и милости у тех, кто не счёл нужным включить голову? Но заметная часть проектов и возможностей осталась — развивающийся «Просветитель», «Книжные проекты Дмитрия Зимина», Школа молекулярной и теоретической биологии, готовность работать с теми качественными проектами, которые не испугаются работать с Zimin Foundation.

Участвуя в просветительском движении редким и необходимым для этого движения образом — деньгами — он был сам заинтересованным и содержательным участником научной коммуникации — как читатель и автор, слушатель лекций (самого его на лекторство мне убедить не удавалось), участник дискуссий, публичных интервью и радиопрограмм. А ещё — как человек, любящий и умеющий вникать в идеи, участвовать в их создании и выборе, умеющий выбирать замечательных людей для своих проектов — или создающий условия, при которых в проектах эти люди собираются».

Источник: 22century.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.